На главную

Что отверг мир: мирные инициативы Адольфа Гитлера2.
(развернуть страницу во весь экран)

...пред.
След...

 
Dr. Friedrich Stieve
http://www.wintersonnenwende.com/scriptorium/english/archives/nothanks/wwr00.html

Published in 1940[?] by the Washington Journal[?] under the auspices of the Deutsche Informationsstelle.
This digitalized version © 2009 by The Scriptorium.

 
18 июня 1935-го он предложил Военно-Морское Соглашение с Великобританией, которое гласило, что Германский военный флот должен иметь тоннаж в 35% от Британского.
 
Этим он хотел показать, что Рейх не имел "ни намерений, ни средств, ни необходимости" вступать в какую-либо конкуренцию в качестве морской силы, что продемонстрировали его отношения с Великобританией в незапамятные дни перед Великой Войной.

Адольф Гитлер при любой возможности заверял Францию о своём желании жить с ней в мире. Он заявил 1 марта 1935-го после возвращения Рейху территории Саара по результатам плебисцита:
 

(10) "Я надеюсь, что посредством этого акта справедливого возмещения, демонстрирующего торжество разума, отношения между Германией и Францией будут непрерывно улучшаться. И, так как мы желаем мира, мы надеемся, что наш великий сосед готов и также ищет мира с нами. Два великих народа могут совместно сотрудничать в противостоянии трудностям, угрожающим охватить Европу".

Он даже попытался достичь лучшего взаимопонимания с Польшей, восточным союзником Запала, хотя эта страна незаконно включила в свой состав в 1919-м миллионы немцев и подвергает и сейчас их сильнейшим притеснениям. 16 января 1934-го, он заключил с ней акт о ненападении, в котором два правительства согласились "решать все вопросы, касающиеся их взаимных отношений, открыто и непосредственно".

Так он со всех сторон противопоставил планам врага мира в Европе свои устремления по сохранению мира в Европе и защите Германии. Однако, когда он убедился, что Лондон и Париж вооружаются для нападения, он был вынужден принять неотложные меры защиты. Вражеский лагерь, в чём мы убедились выше, непомерно растянулся вследствие альянса России и Франции.

Вдобавок к тому, что две эти стороны проложили коммуникационную линию к югу от рейха через Чехословакию, последняя заключила договор с Россией, сделавшей её мостом между западом и востоком. Чехословакия же находилась под контролем высоко расположенных территорий Богемии и Моравии, которые Бисмарк назвал цитаделью Европы, и эта цитадель была нацелена далеко вглубь территории Германии. Таким образом, угроза Германии выросла непомерно.

Но гений Адольфа Гитлера нашёл способ ответить на эту угрозу.  Состояние Австрии, находившейся под террором правительства Шушнига, ведущего её к гражданской войне, предоставили ему возможность спасти ситуацию и вернуть в Рейх нацию-сестру юго-востока, приговорённую победителями вести жизнь агонизирующего "свободного государства".

И когда он утвердился вдоль коммуникационной линии между Францией и Россией, упомянутой выше, в искусственно созданном из несовместимых национальных компонентов государстве Чехословакии   начался процесс дезинтеграции. И после освобождения Судет и отделения Словакии, чехи сами запросили защиты у Германского Рейха. Так вражеский мост был взят Адольфом Гитлером под контроль, и одновременно стало возможным (11) прямое сообщение с Италией, дружба с которой была уже установлена.

Достигнув этого стратегического успеха для безопасности своей страны, Адольф Гитлер вновь с величайшей готовностью устремился к достижению мирного взаимопонимания с Западом. В Мюнхене, сразу после освобождения судетских немцев, одобренного Британией, Францией и Италией, он заключил соглашение с с Британским премьер Министром Чемберленом следующего содержания:

"Сегодня мы вновь собрались и согласились в признании первостепенной важности вопроса англо-германских отношений для двух стран и для всей Европы.

Мы считаем подписанное прошлой ночью соглашение и Англо-Германское военно-морское соглашение символизирующим желание двух наших народов никогда не воевать друг против друга.

Мы приняли решение, что консультации должен быть способом для решения любых вопросов, беспокоящих наши страны, и мы полны решимости продолжить наши усилия по устранению всех источников разногласий и содействовать тем самым обеспечению мира в Европе".

30 сентября 1938-го. Адольф Гитлер, Невилль Чемберлен".

 

 
Двумя месяцами позже, по инструкции Гитлера, фон Риббентроп, министр Иностранных Дел Германии, заключил следующее соглашине с Францией:
 

"Герр Йоахим фон Риббентроп, министр Иностранных Дел Германии,
и М. Джордж Боннет, министр Иностранных Дел Франции,
действуя от имени и по поручению своих правительств, встретившись в Париже 6 декабря 1938-го, согласились о нижеследующем:

1. И Германское, и Французское правительства полностью разделяют мнение, что мирные и добрососедские отношения между Германией и Францией являются одним из наиболее необходимых элементов консолидации ситуации в Европе и установлении всеобщего мира. Два правительства будут последовательно прилагать все свои усилия для развития отношений между их странами в этом направлении.

2. (12) Два правительства признают, что между их странами нет территориального вопроса, и они торжественно признают существующие ныне границы между их странами как окончательные.

3. Два правительства решили, оставив свои частные отношения с другими сторонами неизменными, оставаться в контакте в отношении всех вопросов, касающихся их двух стран и проводить взаимные консультации в случае международных разногласий, вызываемых эволюцией разрешения этих вопросов.

В знак удостоверение чего представители Правительств двух правительств подписали настоящую Декларацию, вступающую в силу немедленно.

Составлено в виде двух подлинных Документах на французском и немецком языках сответственно в Париже, 6 декабря 1938-го.

            Joachim von Ribbentrop,
            Reich Minister for Foreign Affairs

 

 

Как раз в это время Адольф Гитлер пытался ослабить трения с Польшей. Для этого он сделал предложение, по которому исконно германский свободный город Данциг вернётся к Рейху вместе с одномильным проходом через Польский коридор, оторвавший с 1919-го северо-восточную часть Германии от Рейха. Эти предложения, дополненные 25-летним пактом о ненападении и различными уступками, были тем не менее, отвергнуты Варшавой, являвшейся частью общего фронта, организуемого Лондоном против Германии и считавшей поэтому, что следует отвергать даже самые малейшие ей уступки.

Но это было не всё! В том же духе Польша стала агрессивной, начала угрожать фольксдойче Данцига и стала готовиться к войне против Германии. Так приблизился момент атаки на Рейх со стороны стран, сплотившихся для этого. Адольф Гитлер, предприняв последнее сверхъестественное усилие в интересах мира, спас то, что мог. 23 августа фон Риббентроп достиг успеха в заключении пакта о ненападении с Россией. Двумя днями позднее фюрер Германии сам сделал последнее поистине замечательное предложение Британии, заявив о своей готовности:

"заключить соглашение с Великобританией", "которое... будет не только, со стороны Германии, в любом случае гарантировать Германское  содействие Британской Империи, независимо от того, где такое содействие может потребоваться". В то же время он предложил "принять разумное ограничение вооружений в соответствии с новой политической ситуацией и экономическими требованиями". И окончательно он снова заверил, что не имеет интересов на западе и что "коррекция западных границ лежит за пределами каких-либо рассмотрений".

Ответом на это был пакт о помощи, подписанный в тот же день Британией и Польшей, сделавший начало войны неизбежным. Затем Варшава начала мобилизацию против Германии, и в Польше начались неистовые атаки не только на немцев в Польше, перерастающие иногда в массовые убийства, но и на немцев на немецкой территории.


 

 

Но даже после того, как Британия и Франция объявили войну, которой они желали, и Германия преодолела Польскую угрозу с востока посредством небывалой блестящей кампании, Адольф Гитлер поднял свой голос во имя мира. В тот момент, продемонстрировав сверхъестественный самоконтроль, в своей речи 6 октября 1939-го он предложил общественному мнению всего мира новый план для примирения Европы. План был таков:

"Наиболее важной задачей, по моему мнению, является не только создание веры в Европейскую безопасность, но и ощущение этого.

(14) 1. Для этого необходимо, чтобы цели внешней политики каждого Европейского государства стали совершенно прозрачными. Что касается Германии, правительство рейха готово предоставить всестороннюю и исчерпывающую экспозицию его внешнеполитических целей.  Делать это, оно начинает с утверждения о том, что Версальские Соглашения ныне устарели, иначе говоря, что правительство Германского рейха и вместе с ним весь немецкий народ не видят каких-либо причин для ревизии Соглашений, кроме требования об адекватных колониальных владениях для рейха, включая прежде всего возврат Германских колоний.

Это требование относительно колоний основывается не только на Германском историческом праве на свои колонии, но прежде всего, на её элементарном праве на свою часть в мировых сырьевых ресурсах. Это требование не носит форму ультиматума, ни является требованием, удовлетворяемым силой, а является требованием, основанным на политической справедливости и здравых экономических принципах.

2. Запрос на подлинное возрождение международной экономической жизни в сочетании с расширением торговли и коммерции предполагает реорганизации международной экономической системы, иными словами, производства в отдельных государствах. В целях содействия обмену товаров, производимых таким образом, должна быть основана новая система рынков и  окончательного соотношения валют, должная привести к постепенному устранению препятствий на пути к беспрепятственной торговле.

3. Однако, наиболее главным условием для действительного возрождения экономической жизни внутри и вовне Европы является установление безусловно гарантированного мира и чувства безопасности со стороны отдельных наций. Эта безопасность будет обеспечиваться не только окончательным утверждением статуса Европы, но прежде всего снижением уровня вооружений до разумного и экономически приемлемого уровня.

Необходимой частью этого необходимого ощущения безопасности, однако, является ясное определение и легитимное использование и применение некоторых современных вооружений, могущих в любой момент выстрелить в сердце любой нации, создав тем самым всеобщее ощущение беззащитности. В своей предыдущей речи в Рейхстаге я сделал предложения по этому поводу. В данный момент они отвергнуты - скорее всего, по той причине, что были сделаны мной.

Однако, я верю, что ощущение национальной безопасности не вернётся в Европу, ясные и тесные международные соглашения (15) не обеспечат всестороннего определения степени, в которой применение некоторых видов вооружений будет разрешено или запрещено.

Женевская Конвенция однажды преуспела в запрете, во всяком случае, в цивилизованных странах, убийства раненых, плохого отношения к пленным, войны против безоружных и т.д. и, кроме постепенного достижения всеобщего соблюдения этого договора, движение должно осуществляться в сторону регулирования способов ведения воздушной войны, применения отравляющих газов, подводных лодок и т.д., а также принятия необходимых запретов для того, чтобы война утратила характер ужасного конфликта, расплачиваться за который придётся женщинам и детям, а также вообще безоружным людям. Растущий ужас некоторых современных способов ведения войны должен сам по себе вести к их искоренению, чтобы они оказались в прошлом.

В войне с Польшей я стремился к ограничению ведения воздушных военных действий объектами военного назначения, либо применять их для преодоления сопротивления до определённой точки. Но можно, разумеется, вменить Красному Кресту в обязанности написание некоторых международных правил для всеобщего соблюдения. И только по достижении этого может восторжествовать мир, особенно на нашем густонаселённом континенте, мир, неомрачённый подозрениями и страхом, который обеспечит единствено возможное условие для реального экономического процветания.

Я не верю, что в Европе есть хотя бы один ответственный политик без желания в его сердце процветания своего народа. Но это желание может быть реализовано, только если все нации, населяющие этот континент, будут работать вместе. Содействие достижению этой кооперации должно стать целью любого человека, искренне борющегося за будущее своего народа.

Для достижения этого ведущие нации этого континента однажды соберутся вместе, чтобы составить, принять и гарантировать закон, на всеохватывающей базе которого им будет обеспечено ощущение безопасности, тишины, иными словами - мира.

Такая встреча не сможет состояться без самой всесторонней подготовки, например, без чёткого освещения каждой точки её предмета. Также невозможно, чтобы подобная встреча, должная определить судьбу континента на многие годы вперёд, будет проходить под грохот пушек или под давлением мобилизованных армий. И так как эти проблемы рано или поздно будут решены,  было бы более разумным взяться за решение проблемы до того, как миллионы людей будут отправлены на бессмысленную гибель и собственность на миллиарды долларов будет уничтожена.

Продолжение существующего состояния отношений на западе немыслимо. Каждый день может потребовать всё возрастающих жертв. Может настать день, когда Франция начнёт бомбардировку Саарбрюкена.  Германская артиллерия в ответ превратит в руины Мюлхаузен.  Франция ответит бомбардировкой Карлсруэ, а (16) Германия - Колмара или Шлетстадта. С обеих сторон будет введена в действие дальнобойная артиллерия, и разрушения с обеих сторон будут всё ужаснее и то, что недоступно дальнобойной артиллерии, будет уничтожено с воздуха.

И это будет очень интересно для некоторых международных журналистов и очень выгодно для производителей аэропланов, орудий амуниции и т.д., но ужасно для жертв. И эта разрушительная битва не ограничится землёй. Нет, она продолжится далеко на море. Больше нет недосягаемых островов.

И национальное имущество Европы будет разбросано подобно черепкам, и жизненная сила наций будет растрачена на полях сражений. Однажды, всё-таки, вновь начнётся противостояние между Германией и Францией, но вместо цветущих городов там будут руины и бесконечные кладбища"


Судьба этого плана была аналогична судьбе предыдущих воззваний, сделанных Адольфом Гитлером во имя разума, в интересах истинного возрождения Европы. Его враги не обратили на них внимания. По этой причине от них не последовало никакого ответа. Они намертво вцепились в свою первоначальную позицию.

 

Перед лицом этих серий исторических фактов есть ли необходимость в дальнейшем описании того, почему они поступали так? Они создали Версаль, и когда Версаль оказался под угрозой распада, им потребовалась война, чтобы получить с её помощью ещё худший Версаль. То, как они поносят Адольфа Гитлера и Германию, наилучшим образом характеризует их хозяев и их деятельность.  Они - разрушители мира, они - проводники воли враждебных народов, стремящихся ввергнуть Европу  в бедствия и разрушения. Если бы это было не так, они давно бы приняли руку, протянутую им, или хотя бы сделали искренний жест, демонстрирующий желание к сотрудничеству, и тем сохранили бы трагически растраченные "кровь, пот и слёзы" европейских наций.

Мировая история является судом мира, и когда он вынесет решение, то огласит справедливый приговор.

...пред.
След...